craftwr (craftwr) wrote,
craftwr
craftwr

Categories:

Страшные Симметрии или Возвращение Раджастана

Предварение.

  Это перевод книги из серии "Моро" Эндрю Свонна, автор известен в узких кругах и даже имеет базу поклонников. Сюжет непритязалелен и прост, просто если подставить вместо антропоморфных животных людей ничего не поменяется. Даже акценты не сместятся, но тем интереснее читать. Кроме того в мире "моро" присутвуют "франки" это сделаные из людей спец.существа, которых боятся все без исключения, поскольку они этакие терминаторы или киборги. Хакеры, исскуственный интеллект, электрические автомобили, все тут.
  С точки зрения классификации тут и биопанк и кибер и заговор и пришельцы. Ядерная смесь, типичная скорее для "Секретных файлов", но в общей канве 90ых, ничем не выделяющася.
  Ну и последнее, политическая, что сейчас творится на улицах в США? Именно, только обошлось без пришельцев и модифицированных животных, остальное происходящее настолько похоже, что уже не удивляешься. Впрочем.. Читайте книги.

Глава 1.

Ногар Раджастхан стоял неподвижно, сосны частично прикрывали его с поляны примерно в тридцати метрах. Его дыхание было медленным и глубоким, несмотря на адреналин, который смазывал его чутьё. Он чувствовал мускусный запах оленя на поляне, и по тому, как олень стоял—напряженный, настороженный,—Ногар понял, что животное начинает чуять хищника поблизости.
Сбитое с толку животное все еще не понимало, откуда исходит этот запах. Ногар двигался намеренно медленно, чтобы, когда он узнает, было уже слишком поздно, нюх смог помочь ему.
  Ветер дул ногару в лицо, принося легкую пыль февральского снега к его меху. Он чувствовал, что его возраст в его суставы, когда он поднял лук, чтобы быть на одном уровне с его плечом. Его рука не дрожала, несмотря на боль, пронзившую правое колено и левое плечо.
  Он чувствовал свой пульс, поскольку его стареющий метаболизм ощущал близость боя и крови. Он прицелился через нос, сосредоточившись на неподвижном олене. Сцена через окуляр была искусственно усилена контрастом, чтобы компенсировать его плохое дневное зрение. Ногар навел перекрестие прицела на жизненно важное место и натянул тетиву. Маленький цифровой индикатор в углу окуляра начал отсчитывать килограммы напряжения, которое он наложил на композитную тетиву.
  Маленькие зеленые цифры только что перевалили за триста, когда олень двинулся вперед. Это движение заставило животное напрячся , и Ногар выпустил стрелу чуть раньше.
  Древко глубоко вошло в грудь оленя. От удара он упал на колени и чуть не опрокинулся. Он издал рев и с трудом поднялся на ноги. Ветер донес до Ногара железистый запах крови.
  От этого запаха его нервы напряглись, как провода высокого напряжения. Вселенная сузилась до него, его жертвы и тридцати метров между ними. Олень пытался бежать, даже несмотря на смертельную рану. Ногар бросил лук и бросился вслед за животным.
  Подпитываемая адреналином атака Ногара захлестнула оленя еще до того, как он достиг края поляны. Как и его генетические предки, он атаковал шею. Он вонзил свои клыки в мягкую плоть горла, его мощные руки—когти полностью вытянуты—раздробили позвонки, а его единственная полностью функциональная нога ударила оленя в живот, разрезая его от грудины до паха.
Меньше чем через минуту он был мертв.
Когда олень перестал двигаться, Ногар в изнеможении скатился с него. Он лежал рядом с телом, вдыхая один обжигающий вдох за другим, а в Соснах над ним кружился снег.
  Каждой клеточкой тела он ощущал свой возраст. Его пятнадцатилетняя травма колена вспыхнула, как будто он только что порвал все сухожилия и связки. Его руки болели от артрита, когда когти медленно пытались втянуться. Поясница болела, как будто кто-то пытался ударить его коленом в позвоночник, прямо над хвостом.
Сосновые иголки под ним зудели и прилипали к окровавленному меху.
Снова и снова в его голове звучали слова: "слишком стар, слишком стар".
  Когда он удалился в лес, спасаясь от людей и моро, охота не была проблемой. Тогда он даже иногда охотился без лука.
Теперь, с луком, он едва мог справиться с этим. Его сорокалетнее тело говорило ему,что дни охотника сочтены. Скоро ему придется либо отправиться в город за продуктами, либо нарушить местные ограничения на огнестрельное оружие.
  И то и другое было слишком похоже на признание поражения. С его точки зрения, самодостаточность-это все, что у него есть. Тот, чей генетический код был сконструирован для боя, и чьи предки включали сибирских и бенгальских тигров, безусловно, должен был быть в состоянии прокормить себя.
Ногар поморщился, когда когти в его руках наконец втянулись. Было бы проще, если бы генные техники не всегда портили руки.
  Кровавое противостояние Ногара длилось меньше двух минут, но он пролежал рядом со своей добычей почти полчаса. В промежутке между этим и несколькими часами, проведенными в засаде, было уже далеко за полдень, когда он связал тело и начал нести его домой.
  Еще год назад он повесил бы мясо на дерево и отправился бы за новой добычей. Сегодня, однако, он чувствовал все свои сорок лет. Сегодня он просто вернется в свою нору, умоется и ляжет спать.
Снег в горах прекратился, когда он пробирался через сосновый лес к поляне, где стояла его хижина. По мере того как деревья редели, Ногар время от времени замечал, где Сьерра-Невада сливается с небом. Его глаза не были достаточно остры, чтобы различить детали на соседних горах, но они были постоянны, как облако, которое никогда не двигалось.
Он был так поглощен запахом мускуса, крови и собственного напряжения, что уже почти добрался до своей норы, когда почувствовал запах машины. Запах заставил его резко остановиться. В непосредственной близости от парка, особенно в приусадебных участках, существовал строгий регламент движения транспортных средств.
Ногар остановился у подножия утеса, отделявшего его от хижины. Теперь он чуял запах человека, а это означало, что покрытый кровью и воняющий до небес человек не выдал бы своего присутствия незнакомцу.
Ногар знал, что это незнакомец, которого он никогда раньше не встречал. Это означало, что вряд ли это был рейнджер. Он знал всех людей, которые работали здесь в лесу.
  Ногар так долго избегал людей, что всерьез подумывал просто переждать своего посетителя. В конце концов розовый уйдет, и он сможет вернуться к своей жизни. Когда эта мысль обрела конкретные очертания, Ногар почувствовал отвращение к самому себе.
Он разберется с незнакомцем, кто бы это ни был.

Хижина Ногара представляла собой старинное строение из местного дерева. Электричества не было, а вода поступала из ржавого ручного насоса в углу. Мебель ограничивалась кроватью, столом, несколькими грубыми стульями, достаточно большими, чтобы выдержать 300 килограммов Ногара, и сундучком. Он повесил свой лук на крючок в стене и начал набирать воду в пластиковое ведро.
Когда ручка начала протестующе визжать, Ногар сказал: “Так чего же от меня хочет адвокат из Лос-Анджелеса?”
- В голосе адвоката послышалась неуверенность, когда он оглядел скудно обставленную комнату. Ногар не стал подталкивать мужчину, он просто долил ведро. Затем он достал щетку и начал очищать кровь, запекшуюся в шерсти его ноги. Через несколько мгновений вода приобрела цвет ржавчины.
- Вы-Ногар Раджастан, частный детектив. Вы занимаетесь розыском пропавших людей.”
По выражению лица этого человека и его странному запаху ногар понял, что ему трудно совместить деревенскую обстановку с моро, которого он искал.
Ногар потер ноги и сказал:” На мгновение ему захотелось оставить все как есть и позволить удрученному адвокату уйти разочарованным. Но Ногар знал, что если он это сделает, то человек вернется. - Когда-то, но теперь уже нет. Я на пенсии.”
Мужчина шагнул вперед и протянул руку. “Я представляю клиента, который хочет нанять вас. -
Ногар перевел взгляд с руки на лицо мужчины, потом снова на него. Он ее не взял. Он снова принялся вытирать кровь с другой ноги. - Я на пенсии.”
Через мгновение адвокат опустил руку и сказал: “Выслушать меня. Мой клиент был непреклонен в том, чтобы я нанял вас. Я могу предложить за эту работу пятьдесят тысяч вперед.”
Ногар поднял на него прищуренные глаза. Он начинал ему не доверять. Розовые с большими суммами денег обычно означали неприятности. В последний раз, когда ему предложили такую сумму, его избили, застрелили, убили лучшего друга и в конце концов выгнали из родного города.
- Я не занимаюсь человеческими делами.”
- Это не человеческое дело. Я всего лишь посредник. Мой клиент отчаянно хочет, чтобы этого человека нашли.” Он достал из кармана небольшую папку и достал фотографию кошачьего Моро в высоком разрешении. - Его зовут Мануэль. Он исчез с работы полторы недели назад.” Он положил фотографию на грубо сколоченный стол. Снимок явно был сделан с какого-то государственного или федерального удостоверения личности. Мануэль не выглядел так, будто ему нравилось, когда его фотографировали. Ногар не потянулся к картине, но внимательно рассмотрел ее. Широкий нос, шире, чем у Ногара, по пропорции к лицу. Мех по большей части был глянцево-черным, но в нем виднелись красновато-коричневые полосы, придававшие ему очертания оскала, не совсем обнажавшего зубы. Уши были заложены назад, так что Ногар не мог разглядеть никаких отметин.
“Виды?” - Спросил ногар, хотя уже ждал ответа.
- Он помесь двух больших кошек.”
Он имеет в виду мула. Ногар почувствовал прилив сочувствия к парню на фотографии. Сколько ему лет—десять, тринадцать? Физически зрелый, но все еще достаточно молодой, чтобы принять боль предрассудков мира на свой счет. Достаточно плохо быть нечеловеком и молодым, но быть еще и мулом? Это было худшее проклятие, которое Ногар мог пожелать кому бы то ни было, - быть изгнанником из обоих миров, человеческого и нечеловеческого. Генетика мулов всегда была дерьмовой съемкой. Ни у одного из двух морей гены не работали совершенно одинаково, и с мулом инженерные и неинженерные хромосомы решили соединяться в основном случайным образом. Мул мог стать почти розовым или—что более вероятно—похожим на неполноценного зверя, только слегка вышедшего из джунглей. Возможно, хуже всего были мулы, которые получили искусственное тело, и чей мозг вернулся к животной природе. Мануэль выглядел удачливым гуманоидом—и тот факт, что он где-то работал, означал, что его интеллект не слишком пострадал.
Большинство современных Моро родились в результате искусственного оплодотворения. Мануэль был исключением. Два кошачьих вида слились в нем—два родителя, которые, вероятно, никогда не ожидали, что их союз может привести к появлению потомства.
В каждом случае мул был в меньшинстве. Даже Ногар знал, что где-то есть и другие тигры, происходящие от той же генетической линии, что и он. Мануэль был другим, уникальным. Эта уникальность навсегда помешает ему быть полностью принятым в сообщество Моро, каким бы оно ни было.
Пожалуй, лучше быть откровенным.
Розовый адвокат все еще говорил. - В последний раз его видели на работе, в клинике Комптон-Бенсхайм.”
Там еще остался Комптон? Ногар задумался.
Была ирония в том, что мул работал в клинике Бенсхайма, где смысл состоял в том, чтобы позволить тысячам видов Моро размножаться с их собственным генетическим материалом. Было так много штаммов, что даже пара, которая выглядела совершенно одинаково, нуждалась в генетическом тестировании, чтобы увидеть, могут ли они размножаться верно. В девяти случаях из десяти они не могли этого сделать. Еще двое должны были не только иметь одних и тех же генетических предков, но и быть сконструированы из одного и того же материала в одной и той же лаборатории. Одних только крыс моро насчитывалось около двух с половиной тысяч видов. Добавьте к этому тот факт, что многие генные техники играли с инстинктом размножения в своих творениях- идея состояла в том, чтобы сохранить постоянный запас во время войны—многие моро должны были размножаться.
Именно для решения этой проблемы и были созданы клиники Бенсхайма.
Адвокат достал из папки две карточки и положил их на стол. Маленькие пластиковые прямоугольники переливались всеми цветами радуги, масса оптически закодированных данных разрывала свет. Он постучал по одному из них и сказал: “Это ваш гонорар, который будет зачислен на любой счет, который вы предпочитаете. Другой - это полный файл данных о Мануэле.”
- Разве я сказал, что возьмусь за это дело?”
- Потратьте некоторое время, чтобы все обдумать.”
- Кто пытается меня нанять?”
- Мой клиент попросил об анонимности.”
В этот момент всякое желание Ногара принять предложение адвоката испарилось. Он пристально посмотрел на мужчину и тихо сказал:”
“Но—”
- Я в отставке, - сказал Ногар с рычанием в голосе. - И я не работаю на людей, которые прячутся за спинами адвокатов.”
- Мой клиент уверяет меня, что когда вы услышите подробности, то захотите взяться за эту работу.—”
Ногар встал. Щетка в его руке разбрызгала капли кровавой воды по столу и фотографии Мануэля. - Забирай свои деньги и уходи. Возьмите эту спортивную машину и найдите какого-нибудь розового Калвер-Сити, который не задает вопросов.”
Мужчина попятился, а затем протянул руку и взял карточку, которая должна была стать платой Ногара. - Я возьму это. Но я оставляю фотографию и папку. Когда вы прочтете его, вы можете изменить свое мнение.” Он положил карточку обратно в папку и убрал ее. Затем он взял еще одну блестящую карточку, на этот раз бумажную, и положил ее на стол. - Это моя визитная карточка. Позвони мне, если передумаешь.”
- И не буду.”
  Ногар стоял, возвышаясь над человеком, пока тот не вышел из кабины, и не сел, пока не услышал, как заработали вентиляторы аэрокара "Ягуар". Когда адвокат улетел, Ногар наконец сел. Он бросил иронический взгляд на карточку, оставленную этим человеком, - досье на Мануэля. Для Ногара эта штука была более чем бесполезна. У него не было Комма, чтобы прочитать эту чертову штуку.
Он бросил на Мануэля последний взгляд, удивляясь, почему изгиб его покрытой темной шерстью щеки показался ему знакомым. Затем он вернулся к своему занятию-смыванию крови с рук.


Продолжение следует.
Tags: book, moro, sf
Subscribe

Posts from This Journal “moro” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments